На пути к автократии

Автор — Гавейн Ланселотов

Наш специальный корреспондент Фома Заполярный недавно затронул тему автократии. Продолжим тему в этой статье.

Как много в этом слове

Для начала разберёмся в сущности данного понятия. Автократия — это абсолютная власть вкупе с абсолютным авторитетом. Власть эта не являет собой произвол и господство в прямом смысле. Скорее последнюю инстанцию, высший закон, воплощение порядка и иерархии. Автократия — это именно то, что способно положить конец демократическим извращениям и осушить бюрократическое болото. Ей не нужно никакое обоснование со стороны пресловутой “воли народа”, не нужны ей и всякие бумажки по типу конституции.

При автократическом правлении складывается вертикальная структура власти, где не остаётся места для теневых структур длинноносых олигархов и прочих. Таким образом, она представляется предельно понятной даже для ребёнка миллениала, выросшего на демократических кашах и сухих завтраках из унылых выступлений плешивых политиканов. К тому же, она ещё и выражает собой основополагающий принцип иерархии, на вершине которой стоит символ высших принципов, не зависящий от сиюминутных группировок и идеологий.

В автократии воплощается как античное представление о светоносности главенствующих богов, так и традиционный для нашей культуры взгляд на монарха как проводника Божественной Воли.

Король, а не тиран

Конечно, некоторым может показаться, что автократор — это тиран в красивых одеяниях. Однако, это не так. Тиран ненавидим своими поданными и трон он удерживает лишь благодаря силе. Подлинный же монарх почитается вверенным ему народом, его авторитет безграничен. Он зиждется на праве повелевать и на признании самого принципа верховной власти. При соединении воедино этих двух аспектов, рождается представление о священном могуществе правителя.

Власть и авторитет, не обладающие абсолютным характером не являются ни властью, ни авторитетом вообще. Так как невозможно бесконечно перемещаться от одного уровня к другому, ведь рано или поздно мы достигнем предела в точке, имеющей характер безусловного и абсолютного решения. А именно эта точка и будет также точкой устойчивости и плотности, естественным центром политического организма, отсутствие которого превращает любой политический союз в чисто механическое соединение, неустойчивое образование.

Соответствует ли истинная природа власти и авторитета механическому и неустойчивому? — вопрос риторический.
К тому же, тиран — фигура мирская, едва ли способная обеспечить преемственность власти и политического курса. А вот настоящего короля или императора окружает ореол трансцендентности, несмотря на всю кажущуюся его человечность. Напоминаем, что ни один из советских “властелинов” не смог обеспечить ничего подобного в адекватном виде, а вот русские князья и цари на протяжении тысячи лет совершали последовательные преобразования, подготавливавшие почву для великих свершений. Притом, державные задачи и цели не изменялись до неузнаваемости, а просто росли в количестве.
Куда уж советской и нынешней политической стабильности до тогдашнего положения…

Архитектура государства

Как же будет выглядеть государство при автократии? В первую очередь, отметим, что государство перестанет быть неким изваянием. Под нажимом подрывных сил прошлого и настоящего, оно приобрело вид чего-то недвижимого, закостенелого в своём устройстве. То есть, перешло в разряд чего-то неорганического. Явственна его схожесть с валуном, который может сохранять прежнее качество при разделении, а его части ничуть не утрачивают своих функций (если таковые вообще есть), значения, которыми они обладали, пребывая в единстве.

Возможно, мы при самом худшем исходе действительно придём к тому, что государство будет камнем, под который даже вода не течёт. Однако с древних времён до сего дня государство, всё-таки, является живым организмом, то есть принадлежит к миру органическому в переносном смысле. Доказательством тому служит неэффективность его работы при разросшемся бюрократическом аппарате и дроблении власти. Мы чётко видим, что процесс принятия решений в нынешнее время необычайно затянут и зависит от согласия целого ряда инстанций, разделивших между собой скипетр и державу, тем самым уничтожив их.

Власти в её чистом виде в общем-то и нет. Есть лишь амбиции отдельных институтов, ничего не значащих по отдельности и представляющих собой кучу-молу в совокупности. Вроде бы принцип “разделения властей” должен был привести к оптимизации работы государства, а привёл к полнейшему хаосу и беспорядку. Но не всё потеряно.

Чтобы государство стало по-настоящему живым, необходимо утвердить принцип его органичности. Он будет утверждать устройство, при котором существует вертикаль власти, каждая ступень коей имеет свою область самостоятельности и не подавляется вышестоящей, не противоречит системе в целом. Таким образом, каждое действие отдельных инстанций будет сонаправлено действиям верховного правителя, из чего создастся своеобразная симфония. Здесь, как в музыке, все инструменты управления заиграют под началом одного дирижёра, не мешая друг другу и не превращая концерт власти в убогую какофонию.

В результате будет обеспечен порядок как на низших, так и на высших уровнях государственной организации. Больше не потребуется содержать тысячи дармоедов, сидящих сложа руки под видом думской или какой-либо иной “работы”. Это станет возможным благодаря ориентации всех уровней иерархии на правителя, воплощающего в себе высшие лучшие качества и ценности.

Share via
Copy link
Powered by Social Snap