Мы останемся здесь: Часть вторая

Автор — Мастер Гвидон

Первая часть:

В прошлой части я остановился на одной зловещей перспективе, уже виднеющейся на пороге наступающего “нового средневековья”, и по совместительству, являющейся ключевым его отличием от средневековья “старого”.

Дело в том, что в сравнении с тем, погибшим миром “Ancien Régime” (Старого Порядка), мы — простые крестьяне, стали абсолютно беззащитны перед сильными мира грядущего.

Посудите сами, в те далёкие времена, все без исключения человеческие общества поддерживали невероятно сложные и строгие системы сохранения социального порядка и относительной внутренней гармонии, рамки и традиции которых оттачивались тысячелетиями.

Так что же это были за системы такие?

Во-первых: это бесконечное переплетение самых разных сообществ, помимо общих для всех Церкви, Государства и Нации, связанных внутри себя и друг с другом, нитями договоров и неформальных уз, от банд до монастыря, от клана до гильдии, от студенческого братства до рабочей артели, от сельской или городской общины до рыцарского ордена. Чтобы быть сильнее — люди объединялись на самых разных основаниях, заставляя остальных считаться уже не с отдельным бессильным индивидом, а с организацией, пусть даже с такой крохотной и неформальной, как к примеру обычная расширенная семья, что уже намного лучше чем ничего. И за редчайшими исключениями, все люди на земле находились в составе хотя бы одного такого объединения.

Во-вторых же: это мораль, честь и обычай, пронизывавшие всё и вся, в той или иной мере поддерживаемые всеми обозначенными выше организациями в обществе, что крайне болезненно воспринимали нарушение кем-либо ещё, любого из устоев и “скреп”, потому что все, даже не то чтобы трезво осознавали, а скорее чувствовали, что это последняя линия защиты от хаоса и произвола в отношении них самих.

Но самая осязаемая для отдельного человека и семьи вещь, из тех что делали эти сообщества, заключается в материальной взаимопомощи своим членам. Если сильно упростить, то можно сказать, что это была такая система негосударственного соц.обеспечения, они помогали в голодные годы, занимались строительством и оказывали поддержку вдовам, старикам и сиротам. Это работало во всех мелкомастшабных и моноэтничных сообществах старого порядка, где каждый город или сельская община были местом наполненным атмосферой доверия, где не смотря на возможные разногласия, все жители, всё же были друг для друга своими. Кое-где в глубокой провинции, остатки этого отношения к ближнему до сих пор доживают свои последние дни, разрушаясь с каждым новым мигрантом, каждой новой крупной корпорацией открывшей очередной филиал, и каждым молодым парнем, навсегда уехавшим из своего городка в мегаполис.

Во многом, люди того времени были более взрослыми по сравнению с нами. Вдолбленная религиозная мораль, общественное порицание, страх наказания и возмездия (пусть даже в иной жизни) — это то, что могло в последний момент остановить руку зарвавшегося феодала, предотвратить обман и мошенничество от не в меру жадных торгашей, защитить от предательства, да в конце концов, сберечь повсеместно уничтоженную ныне атмосферу того самого подлинного взаимного доверия в обществе. Сохранение этого положения дел было единственным способом выживать и жить пусть бедно, но достойно.

Для общества, ничего из этого больше не осталось, всё формальные объединения, что ещё не были принесены в жертву индустриализации, глобализации и “экономическому росту”, теперь служат лишь чьим-то частным интересам. А теперь подумайте, кто защитит вас, если один из сильных мира сего проявит к вам несправедливость? Куда вы пойдёте? Сумете ли вы призвать к его совести или страху? А если этот человек на другом краю света, то к какой вышестоящей организации вы обратитесь чтобы наказать его?

В какой-то момент все решили, что можно просто спихнуть эти заботы государственному аппарату, но практика показала, что этого критически недостаточно, что на самом деле, никто не в силах позаботится о человеке лучше чем он сам, и что ни одна бюрократическая машина, даже самая совершенная и беспристрастная не может стать не то что родной семьёй, а даже сколько-нибудь сносной нянькой для каждого отдельного человека, просто в силу своего масштаба.

Люди так устроены, что способны подходить к решению вопросов с человечностью и вовлечённостью только тогда, когда их число в одной группе совсем невелико. Эмпирически давно выведено, что иерархические структуры, вроде коммерческой фирмы, ну или скажем: мафии, наиболее эффективно раскрывают свой потенциал, когда составляют не более 50 человек, а если применимость иерархического принцип ограничена, то и того меньше — 4-6 человек. Число же людей с полными гражданскими правами, даже в самых больших демократических полисах древности и средневековья почти никогда не превышало и десятка тысяч (в ином случае такие города-государства либо стремительно приходили в упадок, либо переставали быть демократиями), всё это связано с ограничениями самой человеческой природы. Естественно, что такие числа никак не соотносится с колоссальными масштабами государства и современных городов, но зато идеально вписывается в размеры бесчисленных малых объединений “Старого Порядка”.

Но как бы то ни было с масштабами, сами по себе государственные законы по-настоящему никогда не были едины для всех, и уж тем более совершенны, но спасало ситуацию то, что кроме писанных законов было кое-что другое. Пожалуй, это “другое” уместно назвать это порядочностью; самой обычной вещью, появляющаяся всегда, когда люди в небольшом, но крепко спаянном и моноэтничном обществе доверяют друг другу и не ждут постоянной подлости от ближнего, чётко разделяя своих и чужих. Естественно, что сохранение порядочности, точно также гарантировалось системой сообществ, несших ответственность за своих членов и монолитностью общества, не допускавшего девиаций.

В конце концов, абсолютно все что человек создавал за тысячелетия своей истории было нужно для того, чтобы не оказаться однажды в одиночестве против всего мира — и это очень дорогого стоит, потому что давало людям величайшую силу и величайшую свободу.

И от всего этого мы отказались.

Вместо того древнего общественного механизма, что работал тысячелетиями, мы целиком приняли то, что условно можно назвать “американской мечтой” или, скажем “либеральной мечтой“, не важно, суть этого явления в том, что все вокруг (((почему-то))) решили, что любой человек, только и исключительно собственными силами, может всегда и везде добиться некоей красивой жизни из выдуманного голливудского фильма; хуже того, раз это якобы “доступно” для всех людей, то и все реальные нормы нашего общества, наших материальных ожиданий от реальности, наших отношений друг к другу были подтянуты до уровня этой невозможно наивной и неосуществимой иллюзии из середины прошлого века.

И знаете, люди действительно ПОВЕРИЛИ в эту чушь. Оглянитесь, вокруг ходят толпы людей, что считают огромный загородный дом, тачку и возможность подъехать на ней прямо ко двери своего офиса, где они будут заниматься ничем за большую зарплату, единственной и бескомпромиссной нормой жизни для последнего бедняка. А несоответствие реальности этим бредням списывают на вековечную отсталость, менталитет, Путина, коррупцию и что угодно ещё, но никак не на естественное состояние мира. Единственное, что твёрдо закреплено в сознании таких людей, это железобетонная уверенность в том, что где-то все люди только так и живут, а значит и мы должны.

И тут можно бы сказать, — ну мало ли кто в какой бред уверовал, пусть себе думают, что хотят; но нет, к огромному сожалению этот ментальный вирус имеет ужасные последствия для нашего общества.

Дело в том, что мы разучились быть бедными, а точнее, быть бедными но при этом чувствовать себя на своём месте, оставаясь счастливыми и отдавая отчёт в собственных возможностях. Огромная часть общества словно перестала быть взрослым и превратилось в сборище капризных детей, которым постоянно всего мало. Что забавно, этих “детей” никто даже не избаловал, просто вся современная культура, всю жизнь внушает нам всем, что такая вот “американская мечта” это норма, а остальное: девиация.

Ведёт это к одной простой вещи, когда люди ставят себе заведомо недостижимую планку в качестве нормы, а порой ещё и считают, что как минимум много кто уже этой нормы достиг, то это очень сильно давит на них. За этим следует уныние, апатия, депрессия, ненависть и недоверие к обществу, которое не в силах дать то, что якобы должно. Чтобы достичь несбыточного, люди начинают действовать не в рамках возможного, а пытаться либо сломать самого себя, подрывая собственное ментальное и физическое здоровье в бесконечных попытках прыгнуть выше головы и стать успешным, что в реальности доступно очень немногим, либо сломать общество, надеясь что-то украсть, кого-то обмануть и т.д., что в дальнейшем усугубляет ситуацию с общественным доверием в целом и от чего в итоге страдают все.

Мы сами предпочли забыть прописные истины наших предков: что люди слабы, что если ты хочешь чего-то значительного, то надо объединяться и делится с другими, что простые люди не могут в одиночку противостоять миру, и теперь мы расплачиваемся за это. Расплачиваемся нашим одиночеством и неспособностью решить элементарные проблемы.

И это ещё не всё, самая критичная проблема следования этому навязанному “мифу” в том, что мы привыкли думать, будто нормальная семейная жизнь возможна только в большом доме или квартире с кучей комнат. А если такового не имеется, то и детей заводить уже как бы и не совсем нормально, ведь проживание в условиях крошечных однокомнатных квартирок большой семьёй стала считаться дикостью. И неважно, насколько это на самом деле плохо или хорошо, имеет значение только то, что такое восприятие реальности со стороны десятков миллионов русских, вносит огромный вклад в наш демографический упадок, и то что раньше такого не было.

С этим придётся что-то делать, иначе мы просто не выживем, или по крайней мере, наше “вымирание” продлится куда как дольше и зайдёт намного дальше чем могло бы, потому что в других постсоветских странах, поражённых тем же ментальным вирусом и с худшей материально-экономической ситуацией чем в РФ, демография настолько же хуже чем у нас, и я пока не вижу, чтобы на Украине эта установка местных народных масс на “американскую мечту”, хоть на йоту поменялась в связи со всё ухудшающейся демографической катастрофой. Нет, с ухудшением ситуации они не возвращаются к “довирусным” установкам воспроизводства, а просто начинают вымирать ещё быстрее (Но быть может, что я действительно чего-то не вижу?).

Естественно, что проблема не уникальна. Во всех условно “развитых” (и уже во многих “неразвитых”) странах тоже самое: чем сложнее достаются квадратные метры и чем выше стоит ментальная материальная планка для заведения полноценной семьи — тем хуже там демографическая ситуация, а как мы выяснили в первой части, никакого существенного увеличения благосостояния простонародья, нашему миру уж точно не светит. В конце концов, за любую проблему глобального мира, всегда расплачиваются абсолютно все.

Никто больше не готов по настоящему мирится с собственной бедностью, к добру или худу, но мы сами сломали механизм, что защищал людей от вымирания на протяжении всей истории и вынуждал нас добровольно помогать друг другу, и я не знаю, возможно ли провернуть этот фарш назад.

Очень не хотелось бы сгинуть в истории из-за подобной глупости, наш народ очевидно заслуживает лучшей участи, тем более, что те кто преодолеют современный демографический кризис раньше других, в будущем получат огромные возможности и огромную силу. Это способно стать решающим преимуществом для достигших этого стран, когда все регионы планеты наконец начнут +- выравниваться по своим материальным показателям, как было в прошлом.

Как бы то ни было, но варианты выхода из положения безусловно есть, а о том, какой же вариант мне представляется наиболее правильным и разумным, мы поговорим в следующей части.

Пролистать наверх
Share via
Copy link
Powered by Social Snap